Николай Ооржак о Боне и северном шаманизме

Николай Ооржак

Полтора года назад, в феврале 2012-го, я спросила у подруги из Казахстана, знает ли она кого-то из тувинских шаманов. Она ответила, что знает о Николае Ооржаке и прислала мне в интернете видео с одного из его концертов. С тех пор я стала искать материалы о нём, частенько обнаруживала в сети что-то новое и думала с надеждой: вот бы когда-нибудь встретиться! И когда ровно в свой день рождения я вдруг узнала, что как раз в этот день Николай впервые приехал в Беларусь, то, не раздумывая, сразу же помчалась на фестиваль, гостем которого он был! Я увидела в этом знак судьбы. Да, конечно, я волновалась перед встречей. И вот мы сидим в лесу, на шаманской поляне, под причудливо изогнутым деревом, похожим на лиру, поют птицы и порой, когда птичья трель вдруг особо вплетается в диалог, Николай улыбается и говорит: «Да, так и есть, верно говорю!»

— В мире существует множество шаманских традиций. Николай Мунзукович, в чём особенность тувинского шаманизма в общем мировом русле?

— Если брать в мировом масштабе, то шаманизм не отличается, процесс действий и философия одинаковые, но, конечно, у каждого человека есть отличия при создании ритуала. Разница же в том, что шаманизм в Туве проявляется, как массовое явление. В центре города Кызыла есть несколько шаманских клиник, где работает по 12–16 человек. Есть клиники и в разных районах Тувы, в деревнях. В других местах — в Америке, в Европе — так много шаманов я не видел. Только в России, именно в Туве, так происходит. На Алтае, в Хакассии, в Бурятии тоже много шаманов, я их действия знаю, они связаны с буддийской философией. А вот в Туве шаманизм, я думаю, держится как бы отдельно и в чистом виде сохраняет философию и действия шамана. Так сохраняется традиция тувинцев. Но я предполагаю, откуда источник тувинской традиции появился. Это я просто так думаю, догадываюсь, что первоисточник, который разбудил тувинских шаманов — тибетский бон.

— Другими словами — шаманизм в Туве присутствовал испокон веков, а вот некий всплеск его развитию придала именно тибетская религия бон?

— Да, коренная культура, пришедшая из Тибета. Например, я отмечаю, что последователи бон похоже одеваются, одевают такую же шаманскую шапку, закрывающую глаза. У нас, ближе к Иркутску, в глухой тайге живут такие люди, которые считают себя шаманами, и одеваются так же, как и в древности, как можно видеть на картинах. А в Монголии такого нет, и действий таких в Монголии нет, и в Бурятии тоже. Действия бурятских шаманов похожи на монгольских шаманов, а вот тувинские шаманские действия и философия схожи именно с тибетским бон. Поэтому я ищу кого-то из бон, чтобы повстречаться и поговорить. Надо мне будет немного путешествовать в те края.

— Как шаманский дар приходит к человеку?

— Есть такая позиция — духи выбирают. Это — спонтанное понятие. Есть также через наследственность, но, конечно, знающий философию и в жизни развивает эту философию и становится шаманом. Это второе. Третье — просто так, как выбирают путь: я хочу стать шаманом и свои поколения изучать. Такой человек приходит осознанно и очень тщательно подготавливает себя, раскрывает свои познания, а через раскрытие познания идёт к изменениям в своём теле — это третья позиция. И есть также ещё спонтанное раскрытие, когда Вселенная перевоспитывает смолоду. Телепатия и болезни разные бывают, шаманская болезнь, она даже с детства и в молодости может присутствовать. И этих людей, конечно, надо через практику вести, а не учить их. А если учить, то очень трудно будет, так как они многое знают, но не имеют практики. Поэтому шаманы их к себе привлекают, чтобы вместе, как с помощниками, работать. А после этого они уже самостоятельно начинают действовать. Бывает, люди с детства болеют, и пока Вселенная учит, их даже уводят в другой мир, то есть не дают им до конца осознавать и через болезни уводят.
Когда много появляется шаманов, конечно, люди, которые ищут свой путь — кем стать, как жить — начинают с шаманами общаться, вместе начинают работать, находят такой путь и переходят на него. Даже есть люди, которые просто в клинике шаманов помогают — секретарём, помощником, административную работу ведут и потом переходят на шаманский путь. Есть и люди, что ищут возможность связаться, получить помощь от шаманов, а потом стать шаманом. Есть те, что через гадание приходят. Сначала гадают камнями или картами, получают много практики, потому что когда гадаешь — раскрываешь своё интуитивное состояние сознания. А потом постепенно они переходят на шаманский путь. Есть люди-костоправы, как мой Учитель. Они поправляют тело человека разными способами. А потом, чтобы успокоить душу и сердце пациента, возникает необходимость в привлечении звука, так они начинают работать с бубнами. Потом постепенно появляется одежда, и таким образом тоже становится хорошими шаманами.
Многие варианты присутствуют в пространстве шамана.

— Бубен шамана называют Конь-ветер…

— Да, бубен — это конь, с которым ты будешь помогать людям, на нём ездить и звуком создавать отношения с бубном. Просветлённое состояние надо стремиться создавать. Нужно любить его, как любишь жену или мужа, и постоянно кормить: молоком, душой своей, мыслями, разговаривать с ним, благословлять. Это — живое существо.

Полгода или год надо с бубном вначале работать, а потом проводится церемония оживления. Надо быть единым целым с бубном. Знать, какие звуки он издаёт, сможешь ли вместе петь, ритм узнавать, и с этим ритмом то, какие мысли даёт бубен. Так через бубен разговариваешь сам с собой, со своим духом. С духом соединяешься со своим бубном, а душа будет создавать гармонию. Так вначале помощниками шаманов становятся, и шаманы иногда даже насильно заставляют стучать в бубен, потому что не сразу получается. Работа с бубном — непростое, долгое занятие, потому сначала надо самому научиться гармонию создавать. Гармония — это есть сила духа твоего.

— Есть такой сакральный опыт в шаманизме, инициация: в определённый момент к человеку, ставшему на путь шамана, приходят духи, своего рода разбирают его тело по косточкам, потом собирают его заново, и он уже рождается совсем другим.

— Это вариант северных шаманов. В таком огромном пространстве, на своих пустынных территориях они ходят в одиночестве, и когда они находятся в изменённом состоянии сознания или в полусонном, полумёртвом, тогда дух отделяется. Бывает, что внутренние духи выходят из тела и показываются, например, волком, и с этим волком человек разговаривает. Так он с самим собой разговаривает. И это есть новое оживление человека. Так тоже бывает. У меня присутствовал волк, этот волк подсказал мне — надо идти туда, надо делать так — каким-то образом направлял и направление пришло.

Есть люди, которые действительно в такой момент лежат полумёртвыми, и духи чувствуют — остались только кости, и тогда тело растаскивают, все насекомые или птицы входят туда. А потом снова собирают, чтобы кости оживлялись, с суставами соединялись. Так шаман полумёртвый лежит и снова оживает. И птицы подсказывают, где что-то слышно. Он возвращается в состояние сознания и продолжает свою жизнь, ищет дальше свой путь. У северных шаманов так часто бывает, потому что у них территория огромная, народу мало, и бродят они в одиночку, попадают в трудные ситуации, даже голодают порой, встречают свои страхи и иногда могут заблудиться в своих больших пустынных пространствах.

А в Туве такого состояния нет, потому что мы, как муравьи живём. А среди всех других люди выделяются на энергетическом уровне.

Николай Ооржак

— В современное время появилось понятие — городские шаманы. Что скажете об этом?

— Городскими шаманами считаются те, кто много знают, но не чувствуют своего духа. Дух — это сила кундалини. У большинства людей она в постоянном, нормальном состоянии, у некоторых в возбуждённое состояние приходит, у некоторых — на низком уровне, поэтому бывает болезненное состояние, вялое. Познавая себя, человек усиливает, увеличивает дух. А городские шаманы просто знают и говорят много, и так возбуждают своё знание, свою энергию и начинают более активно познавать своё шаманское пространство. Но тело такого человека холодное, не возбуждённое духами, а знанием возбуждённое, и это развития не даёт. Таких шаманов очень много бывает.

Многие такие знающие люди активно начинают работать, народ о них узнаёт, но философия у них короткая и сразу исчезает, они меняют работу, потому что уже не могут заниматься с людьми, и люди сами отказываются к ним идти. Чистое знание теории не даёт возможностей быть более активным и близким к народу. Современные люди очень много знают из того, что знаю я. Поэтому я должен своё сознание, виденье, слышанье и чувства, интуитивные состояния поднимать от обычного уровня на более высокий, тонкий уровень. Я должен находиться, чувствовать, думать, медитировать, исцелять себя и тогда уже на многие вопросы могу ответить. А если не могу — поправлять себя, изменять себя. То, что человек знает только через книги, не активно в жизни.

— Николай Мунзукович, а как начался Ваш шаманский путь? Как почувствовали это?

— Я чувствую, что это всё у меня в крови было и раньше. Где бы я ни работал, встречался с друзьями, общались. Был у меня один был друг — певец, очень духовно-грамотный, у него отец — буддист, известный лама. Я всегда в беседах с ними говорил о шаманских знаниях, а он о буддизме. Так мы делились своими знаниями, и, думаю, оттуда и появился этот мой первый шаг.

А в 1982 году я работал в районном отделе культуры, был в доме культуры художником. Позже там проводился международный фестиваль пения Хоомей. До этого я уже три года, как нашёл пение каргыраа, принял участие в этом фестивале и стал лауреатом. Участники все очень сильные были, просто я стал петь, как раньше не делали. До того пели просто звук протяжный, степной, а я начал песни народные так петь. Это и было новое у меня. И ребята из одного ансамбля пригласили меня к себе. Их было 12 человек, выступавших с горловым пением, и мне сказали: «Возьми бубен, как шаман, и сделай такой номер. Никто не хочет и не понимает, как это делать, и мы даём этот номер тебе». И я начал. Когда не понимаешь, действовать очень трудно. Я стал изучать это в общении со старшими людьми, где бывал в деревнях. Делал там концерты, люди приходили и говорили, что у меня хорошо получается. Прошло 5–6 лет, я снова приехал в те же места с концертом и эти же люди сказали: «Зачем ты столько лет на сцене? В тебе древнее искусство шаманов уже действует, оно в тебе заложено, есть сила. С людьми надо работать».
В первом ансамбле случился раскол. И я стал работать художником одного районного центра народного творчества. Работы там не так много по сравнению с театром или республиканским масштабом, и я начал глубоко изучать рисование, шаманизм, медитацию. Людей даже иногда принимал. А потом однажды появились головные боли. Я работал в подвале, увлекался, ночами сидел — рисовал, медитировал. И я пошёл на приём к одному очень известному шаману — Олегу Павловичу Тойдуку. Мы с ним по возрасту почти равные, он на один-два года старше был. Он посмотрел и сказал: «Ничего нет у тебя, никаких болезней, это просто хаотическое состояние энергии. Ты же работал с бубном, а потом перестал, а у тебя энергия поднимается постоянно. Это шаманская болезнь такая начинается. Давай вместе работать, будем ездить по деревням по Республике Тыва». И так мы с ним проработали год. Я тогда стучал в бубен, песни пел, он ходил энергию передавал, поправлял, кому-то спину потрогает, кому-то голову подержит. Очень эффективно у нас получалось. Групповые сеансы почти тогда были.

Позже в одном центре народной медицины я стал работать с детьми, дальше — в шаманских клиниках. Выяснил, что по линии матери в моём роду присутствовало двое женщин-шаманов. Очень мощные шаманки они были. Потом я стал путешествовать по разным странам. Несколько раз в этих путешествиях жизнь давала знаки.

Николай Ооржак

— Что это были за знаки, Николай Мунзукович?

— Всё это, я теперь думаю, свыше направляет меня, проверяет меня, действительно. Так смертные состояния приходили несколько раз. И вот они как раз и подготавливают к чему-то, к тому, что у человека дорога есть, туда надо идти, направляют меня. В те моменты я ничего не думаю такого, а уже позже, сейчас осмысливаю, сопоставляю и понимаю — это моя судьба. Если не выдержу, где-нибудь прерву свою жизнь. Если выдерживаю, то оно всё равно присутствовать будет, и я всё равно должен буду пройти этот путь. Это заложено в судьбе, я так думаю.

— Итогом Вашего многолетнего самоисследования стала духовно-оздоровительная система «Ун-Хун», Звук Солнца. Это тоже история Вашей жизни и пути поющего шамана. Расскажите, о ней, пожалуйста.

— Она касается и шаманизма, и звука, они друг друга дополняют. «Ун-Хун» — система свободного вдоха-выдоха, на основе этого свободного дыхания создаётся звук. А в шаманизме этот звук помогает, так как энергия приходит от подражания животным, насекомым, птицам, т.е. подражание природным звукам. «Ун-Хун» нужна для возбуждения силы духа кундалини, силы духа человека, для шаманского состояния в шаманском пространстве. А в шаманизме помогает звук, подражание звуком именно в чистом виде.

— Вы работаете со звуком в своей шаманской целительской практике, и каждый Ваш концерт, это тоже своего рода целительский сеанс…

— Да. Но я своего голоса пока ещё не нашёл.

— Даже так?.. Но ведь столько лет уже прошло поиска!

— Я сон видел однажды. Горы со всех сторон, и я среди них, как гора стою, играю и пою песни. Так красиво пою, что, действительно, волна звука в горы проникает и уходит в пространство. Далеко уходили эти звуки, и так хорошо было, что я не хотел просыпаться. Проснулся, моё сердце так стучит, чуть не заплакал от этого приятного состояния исполнения во сне. И сейчас я хочу добиваться того состояния, которое там когда-то видел. Меня призывает этот сон, я чувствую, духи мне так подсказывают, что я должен дойти до уровня, на каком там во сне пел.

— А когда Вы поёте, радость и внутреннее счастливое состояние приходят?

— Конечно, радость приходит! Вот, сейчас к самому концу выступления, действительно, я дошёл до истинного, похоже, исполнил то, что во сне видел. Радуешься, успокаиваешься, а потом следующее выступление будет, и в следующий раз всё ещё выше становится. Где остановка тогда получается? Вот я и не считаю, что закончил что-то в своём пути.

— Что, по-вашему, есть счастье?

— Счастье – это когда себя познаёшь, и когда тебя понимают.

— Что бы Вы могли посоветовать использовать в своей ежедневной жизни в духовном пути для  читателей сайта?

— В ежедневной жизни современные люди не обучены время от времени находиться в больших группах. Нужно чтобы люди присутствовали и медитировали вместе, желали и посылали богу свои желания вместе. Нужно быть вместе, обмениваться друг с другом единым звуком, пением. Людям необходимо приезжать в священные места, медитировать там. И в этой медитации использовать правильное движение и правильное дыхание, то есть стремиться усиливать дыхание и петь песни, создавать песнопения. Часто люди просто своим состоянием обычным поют, естественным пением, но, конечно, этого недостаточно. Разговорная речь чистый звук людям искажает. Чистым звуком научиться петь и создавать ритм, танцевать — это и есть истинное творчество для людей. Чтобы изменить застойное состояние своего тела и ума. Люди должны в этом песнопении, дыхании, ритмом, звуком, танцем изменять себя, доводить себя до состояния младенца, до чистого состояния. И отсюда начинать новые позиции и менять жизни. Это есть счастье!

— Сердечно благодарю Вас за беседу!

(В материале максимально сохранён стиль беседы).

http://homeyurta.tuva.ru/

Понравилась статья? Продвигаем:

Опубликовать в Google Buzz
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники
Copy Protected by Chetan's WP-Copyprotect.